Да и что вы знаете про то как "по собачьи" жили в России перед революцией? Да и кто жил? Беднейшее крестьянство, квалифицированные рабочие, учителя, служащие? Из каких источников вы берете информацию? Учебники советских времен? Лекции по истории КПСС? Роман "Мать" Горького? Назовите, на чем вы основываете свое суждение о поголовной нищете и беспросветности жизни в России 19-начале 20 вв.?
Я понимаю, что мы все учились на советских учебниках истории, но ведь, слава Богу, уже в 1990-х открылись многие архивы, стали доступны многие документы, с тех пор написаны много книг. Читайте и сравнивайте.
Пардон за длинное цитирование (Естественно с моими купюрами), но
Доклад в соединённом собрании Общества Русских Врачей, Общества Детских Врачей в Петербурге и Статистического отделения Высочайше утверждённого Русского Общества охранения народного здравия, 22-го марта 1901 г., в зале музея Н.И.Пирогова,
Д.А.Соколова и В.И.Гребенщикова
Огромная, по сравнению с другими государствами Европы, смертность в России обусловливается почти исключительно непомерно высокой смертностью детей, отбросив которую, мы имели бы для взрослых почти те же цифры, что и для Западной Европы. В виду этого я и позволю себе выступить защитником интересов детей и попросить собрание совместно выяснить причины такого мора их и придумать возможные меры для уменьшения его.
Выше мы видели, что из детей гибнут главным образом самые маленькие, и особенно ужасная смертность оказывается в возрасте до 1 года, причем в некоторых местностях России эта смертность доходит до таких цифр, что из 1000 родившихся детей доживают до года гораздо менее половины, причем остальные (напр., в Карачайском уезде Оханского уезда Пермской губ. — 60%) гибнут в течение этого первого года жизни. Если мы добавим к этому смертность детей более старших, 1–5 лет, затем от 5–10 лет и от 10–15 лет, то мы увидим, что из 1000 родившихся доживёт до 15 лет весьма небольшое число детей, и это число во многих местах России не превышает одной четверти родившихся.
Таким образом, мы имеем в России несомненный факт вымирания детей, и если в настоящее время общее число населения в России не уменьшается, а увеличивается, то объясняется это значительной рождаемостью, пока ещё превышающей смертность, отчего и является прирост населения, хотя, надо сознаться, есть многие местности, где замечается убыль населения от преобладания смертности над рождаемостью.
Из цифр д-ра Гребенщикова можно видеть, что подобное непомерно большое число умирающих детей ничуть не зависит от большого числа рождающихся, и потому никоим образом нельзя говорить, что большая смертность детей в России только кажущаяся, большая только по сравнению с западными государствами по всей массе детей, что, будто бы, зависит от очень большого количества детей в России в силу их большой рождаемости. Конечно, подобный взгляд неправилен, и при вышеприведённых вычислениях д-ра Гребенщикова числа умирающих детей до 1 года и далее на каждую 1.000 родившихся, станет вполне очевидным, что у нас в России огромная смертность детей ничуть не кажущаяся, а, к сожалению, существующая на деле и не имеющая при этом никакой наклонности к понижению.
Итак, факт вымирания детей остаётся несомненным фактом.
Постараемся по возможности разобраться в причинах этого и остановимся прежде всего на возможных причинах самой большой смертности, именно детей до 1-го года.
Понятное дело, что менее всего способны противостоять всем вредным внешним влияниям самые маленькие дети, и дальнейшее существование ребёнка, конечно, прежде всего зависит от той или другой степени его жизнеспособности. Очевидно, что чем слабее будут рождаться дети, тем они будут менее жизнеспособны и тем более их будет вымирать при прочих равных условиях. Между тем, врождённая слабость ребёнка всецело зависит от состояния здоровья его родителей и кроме того, ещё особенно от тех условий, в которых находится мать во время беременности. Таким образом, если мы поставим вопрос о здоровье и силах родителей, то, к сожалению, должны сознаться, что общий уровень здоровья и физического развития в России весьма невысок и, можно безошибочно сказать, с каждым годом делается всё ниже и ниже. Причин для этого, конечно, много, но на первом плане стоит, несомненно, всё более и более тяжёлая борьба за существование и всё большее и большее распространение алкоголизма и сифилиса.
Влияние двух последних моментов со стороны родителей на рождающееся поколение, конечно, всем понятно, а так как в настоящее время сравнительно очень немногие из родителей как сельского, так и городского населения, свободны от того или другого из этих пороков, то и рождение в общем более слабых детей вполне объяснимо.
Но ещё более значительное влияние на детей должны оказывать плохие условия жизни и питания родителей до, а матери и после зачатия. Как известно, около 78% населения России принадлежит земле, пропитывается её плодами и составляет главную платёжную силу государства; между тем, земля эта даёт в среднем крестьянину для пропитания зачастую значительно менее необходимого. Чрезвычайно обстоятельно разобран этот вопрос в недавно вышедшем труде П.Лохтина «Состояние сельского хозяйства в России сравнительно с другими странами. Итоги к XX-му веку». СПб., 1901.
По вычислениям автора, в среднем за 16 лет, Россия потребляет хлеба и картофеля 18,8 пуда на человека (от 13 в неурожаи до 25 в урожаи), тогда как в других странах количество потребляемого одним человеком хлеба не падает ниже 20–25 пудов и физиологическая норма для человека при умеренной работе не может быть ниже 17,2 пуда. Поэтому цифра 18,8 пудов на человека в России, исключив из них около 10% на отруби и сор, оказывается недостаточной для прокормления даже самого крестьянина, не говоря уже о скоте его, между тем как, по вычислениям проф. Лензевитца, немецкий крестьянин потребляет пищи, в переводе на хлеб, около 35 пудов, следовательно, вдвое более нашего русского. Если же принять во внимание сверх того расход из 18 пудов на прокорм лошадей и скота владельцев, горожан и войска, на производство спирта и т.п., на потери пожарами, то для личного потребления остаётся только около 16 пудов, купить же где-либо невозможно, так как хлеба в государстве более не имеется. Что же говорить про неурожайные годы, а между тем в течение 16 лет население голодало 6 раз, на границе голода было 4 раза и имело некоторый излишек в запасе на время всего от 1–2 недель до 3 месяцев только 6 раз.
Таким образом выходит, что неурожаи составляют вполне нормальное явление для современной России, урожаи же являются приятными исключениями. Говоря о состоянии скотоводства, автор выводит заключение, что оно в России так же печально, как и землепашество, и то и другое не имеют ничего себе подобного в других странах.
Познакомясь со столь безнадёжными выводами относительно питания большинства населения России, конечно, ни для кого не станет удивительным, что при хроническом полуголодании население не может дать здорового поколения, да и даже дав таковое, не в состоянии будет его выкормить. Поэтому П.Лохтин находит весьма естественным, что там, где даже питание народа достаточно не удовлетворяется, смертность должна производить уравнение баланса и поэтому она уступает только Гондурасу, Фиджи и Голландской Индии, хотя по некоторым губерниям в неурожайные годы превосходит даже и эти места.
По данным д-ра Грязнова, вся пища крестьян состоит из ржаного и редко ячменного хлеба, картофеля и чёрной капусты, причём хлеба в день приходится 2,8–3,5 фунта на взрослого человека. Мяса приходится на человека (включая детей) в год 14–16 фунтов.
По вычислениям же д-ра Почтарёва, каждый работник в исследованном им Духовщинском уезде сверх уродившегося хлеба только для одного прокормления должен заработать на стороне 17 руб. 26 коп., не говоря о том, что ещё сверх того должен заработать для уплаты податей 15 руб. 61 коп., в силу чего и приходится, за невозможностью столько заработать, впадать в недоимки, за которые приходится платиться продажей скота. Удивительно ли после этого, что, по данным д-ра Святловского, 35% хозяйств не имеют ни одной коровы, а в 25% нет никакой рабочей скотины.
И еще
В результате крестьянское X. совершенно не в состоянии удовлетворить даже продовольственных потребностей крестьянской семьи. Л. Н. Маресс, принимая, что на душу населения необходимо 19 пд. хлеба, находит, что только в десяти губерниях из 50 крестьяне имеют достаточно хлеба на собственное пропитание с надельной земли. Если же принять еще в расчет и арендованную землю, то достаточно хлеба для собственного прокормления имеют 22 губернии. Крестьянину необходимо иметь зерно и для прокормления скота. Это количество Л. Маресс определяет в 7,5 пд. по расчету на душу. Достаточное количество хлеба для прокормления и себя, и скота имеют всего лишь 6 губерний (Бессарабская, Екатеринославская, Таврическая, Область Войска Донского, Тамбовская и Оренбургская). Таким образом, намечаются три группы крестьян: 1) не обеспеченных продовольствием (менее 19 пд. на душу), 2) обеспеченных продовольственными и отчасти кормовыми средствами (19—26,5 пд.) и 3) имеющих избытки хлеба (более 26,5 пд.). Если принять во внимание неравномерность наделов отдельных общин, то крестьянское население в 46 губерниях по означенным трем группам распределяется следующим образом:
Группа I, душ Группа II, душ Группа III, душ
В черноземной полосе 26002495 9227280 4519156
64,3% 24,5% 11,2%
В нечерноземной полосе 19355583 3156121 1196357
81,7% 13,3% 5,0%
Во всей Европ. России 45358078 13083401 5715513
70,7% 20,4% 8,9%
Итак, 7/10 крестьян не могут даже сами прокормиться, 1/5 часть могут прокормиться сами, но не могут прокормить скота, и только менее 1/10 вполне покрывают свои потребности в продовольствии и прокормлении скота. Крестьянин не только не производит достаточно хлеба, он не в состоянии его купить. По вычислениям П. Лохтина, в среднем за время в 1883 по 1898 гг. Россия производила на душу всего населения 22,4 пд., включая сюда и картофель, а за вычетом вывоза оставалось 18,8 пд. Из этого последнего количества не менее 2-х пд. уходит на корм скота, на технические производства и случайные потери. Таким образом, продовольственным целям служат лишь 16,8 пд. Если даже предположить, что крестьянин потребляет не менее хлеба, чем остальное население, то все же на его долю придется хлеба меньше физиологического минимума, определяемого П. Лохтиным в 17,2 пд. Итак, русское крестьянство находится в состоянии хронического недоедания. При сильных колебаниях в урожаях среди крестьянского населения нередко наступает формальный голод, вынуждающий правительство приходить на помощь населению продовольственными и обменными ссудами. Имеющиеся неполные статистические сведения говорят за то, что положение крестьянского X. не улучшается, а постоянно ухудшается. По данным конских переписей, у крестьян 31 губернии произошел между 1882 и 1888 гг. небольшой прирост в численности лошадей (на 4,75%). Уже тогда, однако, в трех центральных черноземных губерниях (Тульской, Орловской и Курской) численность лошадей пошла на убыль. При сравнении данных переписей 1893/4 и 1888 г. оказывается, что в 31 губернии произошла уже весьма значительная убыль численности крестьянских лошадей (на 10,88%). Наибольшая убыль замечается в губерниях Нижегородской, Тамбовской, Рязанской и Тульской, где она превосходит 20%.
Я не думаю, что надо еще, хотя этого материала и вправду в избытке. читайте земских врачей. он, хотя и были либералами, но в отличие от нынешней либеральной св***чи совесть имели.
