DimonDDU писал(а):...по моему глубокому мнению в классе, где 12-16 человек учебный процесс будет протекать наиболее эффективно.
Согласен. Только вот вы это господам оптимизаторам из РОНО и Департамента образования расскажите. Вот они посмеются.
А что касается оптимальной численности учеников в школе почитайте лучше немного теории и практики:
"Чтобы придти к более строгому определению, какое количество детей является предельным для создания коллектива, я прежде всего заглянул в историю школы. То, что я там нашёл, не оставляет сомнения, что 600 человек и есть верхняя граница, позволяющая строить коллектив. “Дом радости” Витторино да Фельтре (1378-1446), “Итон”, “Харроу”, “Шульпфорте”, “Сандгертская военная коллегия”, “Ивердонский институт” Песталоцци (1746-1827), “Филантропин” Базедова (1724-1840), школа Фелленберга (1771-1844), “Новый институт для образования характера” Роберта Оуэна (1771-1858), Царскосельский лицей, школа-интернат Сесила Редди (1858-1932), лесная школа Густава Вюникена (1875-?), колония имени Горького и коммуна имени Ф.Э. Дзержинского, другие воспитательные учреждения, попавшие на скрижали педагогической науки НИКОГДА не имели большего количества детей, чем 500-600! В “Новом институте” Р. Оуэна было 701 человек, но с детским садом. Школа-гигант на скрижалях не обнаружена, и есть все основания полагать, что никогда не обнаружиться.
Вполне определённое заключение дал и Ушинский: “Обширность и многолюдство учебного заведения никогда не должны превышать пределов возможности личного наблюдения и влияния главного воспитателя (т.е. директора школы. - В.К.). С утверждением духа заведения пределы его могут расширяться; но опаснее всего для заведения, если в нём набито столько воспитанников, что наблюдение за ними (а иногда даже и самое знание их имён) становится для главного воспитателя невозможным. Тогда поневоле он должен положиться на других, которые, в свою очередь, предоставят это наблюдение третьим, и в школьную жизнь начнут вливаться со всех сторон разнородные элементы, с которыми не в состоянии уже будет справиться главный воспитатель и поневоле перестанет вести заведение: оно само поведёт его за собой”.
Эту ПРИРОДОСООБРАЗНУЮ закономерность отмечают и ОПЫТНЫЕ специалисты нашего времени. в 60-х годах в стране развернулось строительство школ-гигантов на две, три и даже на четыре тысячи учащихся и педагогов. Логика вдохновителей этой кампании поражает примитивностью: раз в микрорайонах стоят большие дома, то и школы должны не отставать, маленькие здания не смотрятся в окружении многоэтажек. Попробуйте вообразить, что заводские цеха какого-нибудь предприятия приспосабливаются не к технологии производства, а к “великорослости” или “низкорослости” жилых кварталов. Чушь собачья. Но раз АПН-РАО не возражает (а как она будет возражать, если понятия не имеет о СОБСТВЕННО ВОСПИТАНИИ), значит, можно.
Как и следовало ожидать, головотяпство АПН-РАО очень скоро полезло из всех щелей. Бывший заведующий Ленинградским ГорОНО П. Пшебильский опубликовал в “Известиях” статью “Как строить школы?” В ней говорилось, что мнение АПН СССР о безвредности школ-гигантов ни на чём не основано. Педагоги крупных школ, врачи-гигиенисты категорически против укрупнения школьных зданий. В них дети чаще болеют, возрастает детский травматизм, возникают большие проблемы с отдыхом во время перемен. Но главное, крупные школы не могут стать базой для создания КОЛЛЕКТИВА. В этой статье П.Пшебильский приводит заключение известного школьного директора, педагога-учёного и писателя Константина Ерофеевича Гапоненко (8-ая средняя школа города Холмска Сахалинской области): “
Практика показывает, что две школы по 640 мест лучше справляются с задачами, возложенными на них, чем одна на 1200 мест. В этом нас убеждает пример нашей же школы. Имея 1700 учеников, мы, несмотря на все старания, никак не можем создать единый ученический коллектив”.
Спустя четыре года газета “Труд” опубликовала отчёт о командировке в Тольятти (Автоград, высотою в 24 этажа) собственного корреспондента и заведующего сектором школоведения АПН СССР. Поводом для поездки явилось письмо автоградского жителя, который с гордостью сообщал, что у них построена самая большая школа в стране - одних детей - 2500 человек! Столичных гостей встречал директор школы Пётр Павлович Богатырёв. Он огорошил прямо с порога: “Школа трудноуправляема!” И расшифровал: “Зайду в корпус младших классов, со мной здороваются, а я силюсь вспомнить, кто же это: то ли наша новая учительница, то ли молоденькая мамаша одного из учеников, то ли старшеклассница-пионервожатая...”.
Полную потерянность в бесчисленных анфиладах “дворца” Пётр Павлович ощущал особенно остро, потому что до “повышения” работал в других условиях: “Там я знал каждого ученика не только в лицо, характер каждого знал, склонности, увлечения...” Оценивая свой прежний опыт, опыт других директоров, П.П. Богатырёв почти дословно повторяет Ушинского и Макаренко: “
Коллектив в 600-700 учеников принято называть “педагогически обозримым”. Не страшно, как показывает опыт, если директор не знает трети учеников. Но при дальнейшем уменьшении относительного числа известных ему учащихся он начинает утрачивать объективное представление о ходе педагогического процесса в школе”.
В 1972-73 гг. дискуссию о школьном доме подхватила “Вечерняя Москва”. В защиту школ-гигантов выступили архитекторы из Центрального НИИ экспериментального проектирования и Московского НИИ типового и экспериментального проектирования. Логика их доводов была та же самая: большие дома - большие школы. Педагоги, врачи и просто родители не оставили от этой “логики” камня на камне.
...
Когда даже слепому стало видно, что
школа-гигант ОБЪЕКТИВНО не может не производить огромное количество ВОСПИТАТЕЛЬНОГО брака, взял слово и тогдашний министр просвещения СССР М. Прокофьев: “Многоэтажное строительство в городах, увеличение численности городского населения выдвигает проблему организации всё более крупных школ с численностью учащихся 2,5 тысячи и более. Но вот проблема - чрезмерно большой школой трудно руководить. Нам предстоит научно определить оптимальный размер школы в городе”.
Это было не только признание несостоятельности школ-гигантов, но директивой для АПН: найдите же в конце концов выход из положения! АПН не шелохнулась: не идти же против собственной инициативы!
21 июня 1985 г. “Труд”, редакция которого продолжала следить за перипетиями борьбы против гигантомании, опубликовала мою статью “Школа-гигант. Зачем?” Статью заметили в Госгражданстрое СССР. Меня пригласили на коллегию. Я ещё раз доложил о том, от какой печки надо плясать при проектировании и строительстве школьного здания, о том, какую роль оно играет в “СОБСТВЕННО ВОСПИТАНИИ”.
...
В своей статье я коротко рассказал об одном из своих экспериментов, который мне удалось провести на Украине, когда я работал там в республиканском НИИ педагогики при умнейшем директоре Николае Дмитриевиче Ярмаченко. Заведующая отделом народного образования города Комсомольска Полтавской области Лидия Ивановна Бугаевская сама проявила инициативу. Под свою ответственность она “уломала” и секретаря горкома, и председателя исполкома, и заместителя министра просвещения Украины по науке. Мне и директору школы № 3 Василию Дмитриевичу Масному разрешили переделать типовой гигант на 1600 учащихся в школу-комплекс. К счастью, ломать стены или строить новые было не нужно. Здание было изначально разделено на три одинаковых блока (для начальных, средних и старших классов), к счастью, не изолированных друг от друга. Этот проект я до сих пор считаю самым удачным из тех, которые мне довелось повидать.
Поступили мы просто. Пересортировали (отделять младших от старших - глупость) классы в каждом из блоков и получили ТРИ средних школы с полным набором всех возрастов, от первоклассников до выпускников. Всех трёх завучей поставили директорами, организаторов внеклассной и внешкольной воспитательной работы - завучами, а сам директор Василий Дмитриевич стал административным директором. Лишних денег не понадобилось.
...
Источник:
Кумарин В.В. "Макаренко, какого мы никогда не знали".